История до 1921 года

Происхождение улан

Уланы, как разновидность лёгкой кавалерии, впервые появились в ордынском войске в 13-14 веках. Происхождение самого названия “улан” неоднозначно. По одной из версий "огланами" (от тюркского "оглы" - сын, юноша) в улусах Джучи и Чагадая называли членов семьи, не наследовавших престол. По другой - произошло от монгольского "оолан" - "воин, принадлежащий знатному роду". "Огланы" использовались в основном для разведки и для внезапного нападения на врага с целью расстроить его ряды и подготовить атаку основных сил. В качестве вооружения они использовали украшенные флюгерами пики.

В Восточной Европе “уланы” появились в первой половине XIV в., когда великий князь Литвы Гедимин (1305 — 1341), будучи искусным политиком, не только искал согласия с ордынцами, но и стремился использовать их военные возможности в своей борьбе с Тевтонским орденом. Он, как свидетельствуют исторические хроники, охотно принимал ордынские дружины к себе на службу. Например, в 1319 году в войне с тевтонцами на стороне князя Гедимина принимал участие многочисленный ордынский отряд, являвшийся авангардом литовского войска.

Но к XV в. среди  потомков Чингиз-хана не стало согласия;  внутренние междоусобицы постепенно ослабляли некогда мощное ордынское государство. Хан Белой и Золотой Орды Тохтамыш попытался свергнуть великого хана Тамерлана, но потерпел поражение и был вынужден бежать в Европу, в Литву к князю Витовту (1396 г.), а с ним, по некоторым данным, до 40 тысяч ордынцев, которым в Европе присвоили общие название “татары”. Витовт выделил им земли для поселения и освободил от всех налогов и податей, но обязал по первому зову являться на военную службу и воевать они должны были за свой счёт, не получая жалования из казны.

В 1397 году Витовт совершил поход против Азовской Орды, в результате которого захватил ещё несколько улусов татар: часть пленников он отправил в Польшу к своему брату Владиславу Ягайле, где половину их окрестили, а большую часть пригнал в Литву, где им опять были выделены для расселения значительные территории на тех же условиях военной службы. Впоследствии эти территории составили российские уезды: Трокский, Ошмянский и Лидский (Виленской губернии), Новогрудский (Минской губернии), Брестский (Гродненской губернии). Помимо этого, ордынцы осели в Вильне и её окрестностях, а также в Августовской губернии.

Таким образом, при князе Витовте в литовском войске появляется новый, неизвестный до того в Европе вид кавалерии — лёгкая ордынская конница, на которой лежала вся аванпостная служба, а во время боя беспрерывное тревожение неприятеля, то есть все те маневры, которые требовали быстроты, сметливости и военной хитрости. В 1410 г. татары, во главе которых стоял сын Тохтамыша Зеледи-Султан (Джеллялетдин), неплохо проявили себя в знаменитой Грюнвальдской битве против тевтонских рыцарей. И впоследствии татары верно служили своей новой родине, а после объединения Польши и Литвы в  1447 г. их отряды входили в состав польской армии. Постепенно ордынцы ассимилировались c местным населением, перешли в общении на польский и русский/белорусский  языки, но сохранили название отрядов лёгкой кавалерии "огланы", постепенно трансформировавшееся в польском языке в "уланы". Со временем в состав уланских частей стало входить всё больше коренных местных жителей - литовцев и поляков. 

Между тем в конце XVII в. схожие с уланскими военные части начали появлятся и в Московском государстве. В 1668 году Демьяном Многогрешным - гетманом входившей в состав Московского государства Левобережной Украины - было создано несколько охочекомонных компанейских полков, сформированных из добровольцев иррегулярных конных частей. В их числе находился охочекомонный полк, составленный из литовских татар и "казаков литовского списка". Под последними подразумевали выходцев из региона Великого княжества Литовского, вне зависимости от их национальности (поляк, литовец или белорус). Любопытно, что на утвержденном в 1910 г. полковом знаке Литовского уланского полка первой из помещённых на знак дат стоит именно 1668, - при том, что официальное старшинство полка исчисляется с 1803 г.


В течении XVIII в. в Польше была создана регулярная армия, и к концу столетия в ней числилось пять полков татарских улан, вооружённых и содержавшихся подобно прочим регулярным польским полкам. К этому времени как в Польше, так и в Австрии и Пруссии уже существовали полки улан, которые формировались не только из татар, но и из поляков, венгров, боснийцев, албанцев и т.д. В 1716 году департамент коронных (польских) войск сообщил о татарских хоругвях Ю.Улана, Д.Улана, Чимбая Улана. В 1776 году преимущественно из литовских татар был сформирован I полк Передней стражи Его Королевского Величества и Великого Князя Литовского. Это формирование, состоявшее из 8 хоругвей по 45 человек, возглавили татарские полковники Мустафа Барановский и Михал Киркор.

В конце XVIII в. в Европе произошли серьёзные изменения — с карты континента исчезло такое государство как Речь Посполитая, и её территория была разделена между Австрией, Пруссией и Россией. Польская армия была распущена. На территориях, отошедших к Австрии и Пруссии, из татар и поляков было сформировано несколько уланских полков, вошедших в армии этих двух государств. В присоединённых к России губерниях (Минской, Волынской, Брацлавской, Подольской и трёх Литовских) оказалось большое количество мелкой польской шляхты, не владевшей землёй, нигде не служившей и не имевшей средств к существованию. Оказались не у дел и литовские татары, большая часть которых до раздела Польши состояла на военной службе.

Уланы в Российской Империи

Описанный выше охочекомонный полк Демьяна Многогрешного к уланам можно было причислить достаточно условно, но во второй половине XVIII в. в России начали появляться и кавалеристские части, практически полностью соответствовавшие уланам. Правда, вначале они назывались "пикинерами".

В середине XVIII в. Екатерина II приняла решение об образовании Новороссийской губернии. По этому поводу на Высочайшее утверждение был предложен разработанный будущим первым Новороссийским губернатором генерал-поручиком А. Мельгуновым план, согласно которому предстояло сформировать на новой территории три поселённых полка. Два из них должны были быть гусарскими, а “тот, который представляется содержать при другом их вооружении с пиками, назвать по сходству других европейских подобных полков служеб, уланским полком...”. Вот так термин “улан” впервые прозвучал в российских официальных документах – но не на долго.

22 марта 1764 г. Екатерина утвердила предложение Мельгунова, но в последовавшей резолюции она повелела назвать полк не уланским, а “пикинерным” - императрица, постоянно раздражаемая польскими бунтовщиками, предпочла заменить польский термин на почти русский. Правда, вместо одного предполагавшегося полка было в конце концов сформировано целых четыре. Новые полки поселялись на территории Елизаветградской и Екатеринославской провинций и основной задачей их было несение пограничной службы на южных рубежах России: содержание аванпостов, разведка и защита Новороссийской губернии от нападений крымских татар и турок.

Но формирование этих полков происходило очень медленно и своего штатного состава (в 1318 чел.) они не смогли достичь даже к началу русско-турецкой войны 1769-1774 гг., в которой приняли участие в пятисотенном составе каждый. В начале войны пикинеры показали себя не с самой лучшей стороны: чины Донецкого полка зимой 1770 г. покинули свои посты и бежали к запорожцам. Командующий 2-й армией граф П. Панин принял решительные меры: он арестовал семейства ушедших и объявил прощение тем, кто вернётся в течении двух недель, в противном же случае он обещал их семьи выслать на рудники. Вернулись практически все, но доверия пикинерам уже не было, и даже при составлении расписаний войск их стали относить к иррегулярным войскам.

Впрочем, дальнейшие события показали, что пикинерные полки совсем неплохо могли воевать: в 1770 г. под Бендерами, в 1771 — под Бухарестом, при штурме Перекопа и в рейде по Крыму, в 1773 — под Силистрией и в ряде других сражений они не только прекрасно исполняли свои основные функции по разведке и аванпостной службе, но и нередко стремительно атаковали неприятельские укрепления, а также преследовали бегущего врага, тем самым завершая полный его разгром. После войны пикинерные полки продолжали нести свою обычную службу по защите южных границ России. В 1776 г. было сформировано ещё два полка. После этого пикинеры просуществовали недолго: в 1783 г. все шесть полков были обращены (по два) на сформирование легкоконных полков (впоследствии гусарских).

В конце 18 века произошёл раздел Польши между Россией, Австрией и Пруссией. Как уже упоминалось выше, в присоединённых к России губерниях (Минской, Волынской, Брацлавской, Подольской и трёх Литовских) оказалось большое количество мелкой польской и литовской шляхты, не владевшей землёй, уже нигде не служившей и не имевшей средств к существованию. Оказались не у дел и литовские татары, большая часть которых до раздела Польши состояла на военной службе.

В 1795 году придавленное экономической нуждой мусульманское население выслало своих представителей к генерал-губернатору фельдмаршалу Михаилу Репнину с просьбой о формировании татарского полка в российской армии. Эта просьба принимается с пониманием, ибо создание большой воинской части, состоящей из польско-литовских мусульман, являлось давним планом российского командования. Об этих намерениях свидетельствует фрагмент одного из документов, хранившегося в госархиве г. Вильно. Из него вытекало, что уже в 1794 году российская сторона проводила переговоры по этому вопросу с ротмистром Юзефом Уланом и наместником Барановским, намереваясь сформировать соединение, которым руководил бы один из крымских князей — султан Менгли Гирей. Смерть Екатерины II не позволила реализовать этот план.

Литовский уланский полк в 1797-1811 гг.


Новый император Павел I вернулся к намерению своей покойной матери. Учитыая наличие в землях бывшей Речи Посполитой немалого количества оказавшихся не у дел польских, дитовских и татарских военных, и для того, чтобы дать всем им “достойную организацию”, в 1797 г. было решено сформировать десятиэскадронный Пинский полк. Этого, впрочем, выполнено не было, но в том же году было объявлено о формировании Литовско-Татарского конного полка, штат которого был Высочайше утверждён 9 июня 1797 г. А в августе того же года был объявлен указ о сформировании Польского конного полка “на точном основании вновь учреждённого Татарского”.

Первым командиром Литовско-Татарского полка стал генерал-майор Мустафа Барановский, а основой для его формирования стали кадры бывшего 1-го полка Передней стражи. Располагался полк в Пинске.

Полку был назначен 10-эскадронный состав, с общим числом строевых и нестроевых чинов 1168 человек. Основу полка составляли рядовые: 500 “товарищей” - охотно-желающих из шляхты и 500 “шеренговых - вольноопределяющихся татар и литовцев, при чем товарищи содержали как себя, так и шеренговых на свой счет Комплектование происходило вольными людьми на добровольной основе, по “капитуляциям” (т.е. условиям), которые подписывались на 5, 10 или 15 лет.

При формировании стремились максимально придерживаться старых польских штатов и традиций, чтобы создать выходцам из Польши привычные им условия службы. Жалование оставили прежним, только перевели по курсу из злотых в рубли. Нижние строевые чины имели польские названия: вахмистры именовались наместниками, квартирмейстеры — поднаместниками, а рядовые — товарищами и шеренговыми. В строю товарищи составляли первую шеренгу и были вооружены пиками с хоронжевками (флюгерами), а шеренговые составляли вторую шеренгу и были вооружены ружьями (кроме того, и те и другие имели пистолеты). Обмундирование было сходно с польским.

При принятии на службу эскадронный командир выдавал товарищу для обмундирования себя и шеренгового 75 рублей и ещё 60 на лошадей. Эти деньги выдавались заимообразно и назывались форсушными. Возвращался форсуш при выходе военнослужащего в отставку, и эти деньги выдавались на экипировку вновь поступившему.

15 сентября 1798 года полку Высочайше пожалованы были 10 знамен, по числу эскадронов, вроде лейб-казачьих, с серебряной бахромой, а при чем знамя первого эскадрона было белое, у остальных девяти - голубые. В 1799 году Литовско-Татарский конный полк совершил поход в Швейцарию в составе корпуса генерала Римского-Корсакова. Участвовал в сражениях под Цюрихом, при местечке Кирхдорф и у деревни Шлатт.

 В феврале 1802 года Литовско-Татарский полк передислоцировали в пригород Новогрудка.



Постепенно выяснилось, что 10-эскадронный штат конного полка трудно соблюдать: офицеры и нижние чины не могли уложиться при обмундировании себя и при покупке лошадей в назначенные штатом суммы. Кроме того, оказалось, что совместная служба в Литовско-Татарском полку людей, исповедывавших различные религии (поляков и литовцев — христиан и татар — мусульман), ведёт к постоянным трениям между ними.

Поэтому было решено разделить полк на два, что и было объявлено Высочайшим указом от 29 марта 1803 г.

А 30 марта того же года двум полкам, названным Литовским и Татарским конными, был утверждён новый штат, согласно которому полки получили 5-эскадронный состав (всего в полках по 756 строевых и нестроевых чинов).

Новый Литовский полк формировался под личным наблюдением генерала-от-кавалерии Л. Л. Бенигсена. Со дня разделения полков и считается старшинство Литовского уланского полка Русской Императорской Армии.



Тогда же, в 1803 г. в России произошло событие, окончательно утвердившее название “улан” в официальном употреблении: и был сформирован полк, так и названный уланским. Событие это было связано с именем цесаревича и великого князя Константина Павловича, который и стал фактически «крестным отцом» нового вида кавалерии в России.

Фаддей Булгарин, одним из первых поступивший в новый полк, вспоминал: «В начале 1803 года... к австрийской миссии в Петербурге прибыл австрийский уланский офицер граф Пальфи, родом венгерец, молодец и красавец… Уланский мундир в обтяжку сидел на нем бесподобно, и все дамы и мужчины заглядывались на прекрасного улана… Его Императорскому Высочеству и Великому Князю Константину Павловичу, носившему звание инспектора всей кавалерии, чрезвычайно понравился этот мундир, и он испросил у Государя Императора соизволение на сформирование уланского полка. Государь Император, согласясь на это, отдал ему Одесский гусарский еще не сформированный полк, назвав полк именем Цесаревича».

Соответственно, 11 сентября 1803 года Одесский гусарский полк было высочайше приказано именовать “Уланским Его Императорского Высочества Цесаревича и великого князя Константина Павловича полком”. А через две недели был утвержден штат полка, в 10 эскадронах которого должно было состоять 1748 человек. Вооружены уланы были саблями, пистолетами и карабинами. Пик полк тогда еще не имел - их получили только в 1806 году. По 16 улан в каждом эскадроне были вооружены штуцерами (всего 160) и назывались уланами-карабинерами.

С этого времени Уланский Цесаревича полк (который в 1809 г. был объявлен гвардейским) стал как бы эталонным уланским полком, к которому постепенно «подгонялись» конные полки, являвшиеся по своей сути уланскими, что вскоре было подтверждено законодательством. При этом, однако, сохранялось одно принципиально важое различие нового уланского полка с уже существовавшими Татарским, Литовским и Польским конными полками. Рядовые Уланского Цесаревича полка комплектовались крепостными рекрутами и именовались уланами, в то время как рядовые вышеназванных полков еще несколько десятилетий по-прежнему назывались”товарищами” и “шеренговыми” и вербовались из свободных людей.   Кроме того, нижние чины полка Цесаревича находились на полном имущественном обеспечении государства, а в армейских уланских полках нижние чины оплачивали мундирные и амуничные вещи, а также вооружение из своего жалованья.

Согласно высочайшему указу, утвержденному 10 ноября 1807 года, конным полкам Польскому, Татарскому, Литовскому и недавно сформированному Волынскому велено «в амуничных и оружейных вещах сообразовываться во всем со штатом» Уланского Цесаревича полка”. И наконец, в ноябре 1807 года вышел указ «О наименовании полков конных: Польского, Татарского, Литовского и Волынского — Уланскими». Шестым уланским полком стал переименованный в августе 1808 из регулярного казачьего Чугуевский полк.

Вот таким образом наш полк, наконец, стал называться ЛИТОВСКИМ УЛАНСКИМ ПОЛКОМ; название это, впрочем, в последующие годы неоднократно модифицировалось.

Но продолжим, однако, наше повествование. После принятия всех вышеописанных законодательных актов выяснилось, что все уланские полки в своей службе руководствуются различными штатами. Поэтому, чтобы привести их организацию к необходимому однообразию, 18 октября 1808 года был принят новый штат Польского уланского полка, «чтобы отныне содержать по тому штату и табели уланские полки: Польский, Татарский, Литовский и Волынский...» Все они должны были состоять из 10 строевых эскадронов и одного запасного. Состав чинов одного полка был назначен следующий: 73 штаб- и обер-офицера, 132 унтер-офицера, 23 трубача, 1440 рядовых (из них 600 товарищей и 720 шеренговых в десяти строевых эскадронах и по 60 товарищей и шеренговых в запасном). В каждом полку по 160 рядовых были вооружены штуцерами.

Принятая в 1808 году новая структура уланского полка сохранялась недолго, и уже 8 ноября 1810 года было указано ликвидировать запасные эскадроны, которые не оправдали себя, и освободившихся нижних чинов распределить по оставшимся десяти. А 6 апреля 1811 года установили новое число штаб- и обер-офицеров в уланских полках – 82 человека.

(Подробнее о внутренней организации, личном составе и хозяйстве уланских полков накануне 1812 г. можно прочитать ЗДЕСЬ) (Отсыл к соответствующей главе книги С.Львова)

Но давайте же вернемся к истории непосредственно нашего полка. Не взирая на все вышеупомянутые изменения и реформы, литовцы продолжали честно служить и воевать. В 1806 году полк принял участие в войне с Францией. Выступив в поход в Пруссию, литовцы были назначены в корпус Буксгевдена. Они участвовали в сражении у Остроленки, а в
1807 г. - при Морунгене (13 января), Аренсдофре (23 января), Ландсберге (25 января), Прейсиш-Эйлау (26-27 января). После возвращения в Россию полк был включен в состав 6-й дивизии и расквартирован в г. Городок. В 1809 году Литовский уланский полк, находясь в составе корпуса генерала князя Голицына, совершил поход в Галицию и участвовал в сражении у Перемышля. 
С октября 1811 г. полк числился в 4-ой кав. дивизии.

 

Литовский уланский полк в делах 1812 г.

К началу военных действий 1812 г. Литовский уланский полк - согласно общему расписанию Российских армий - входил в 14-ю кавалерийскую бригаду 4-й кавалерийской дивизии 4-го кавалерийского корпуса генерал-майора графа К. Сиверса 1-го во 2-й Западной армии, куда и поступили восемь действующих эскадронов. Штаб-квартира находилась в местечке Домбровица Луцкого уезда Волынской губернии, а восемь действующих эскадронов были расквартированы в окрестных деревнях.

Два запасных эскадрона были назначены в 10-ю кавалерийскую дивизию, предназначенную для формирования 2-й резервной армии, затем - 2-го резервного корпуса генерал-лейтенанта Ф. Ф. Эртеля. Эти два запасных эскадрона располагались в местечке Березна Черниговской губернии. Два резервных эскадрона формировались в Новгород-Северском рекрутском депо. Взвод литовских улан с поручиком Лизогубом с конца сентября 1812 года находился в партизанском отряде Фигнера.

КОМАНДОВАНИЕ ЛИТОВСКОГО УЛАНСКОГО ПОЛКА В 1812 г.

  • Шеф полка - полковник Тутолмин Дмитрий Федорович (в связи с болезнью при полку не находился).
  • Командующий полком - подполковник Новороссийского драгунского полка Штакельберг Отто Оттович (фактически командовал с конца июня).
  • Командир полка - подполковник Лопатин Григорий Михайлович.
  • Полковой адъютант - поручик Шабуневич Осип Антонович.
  • Батальонный адъютант - корнет Рейхмар.
  • Полковой квартирмейстер - поручик Аладвин (Аладьин) И. Т.
  • Полковой казначей - корнет Бураго 1-й Д. И.
  • Аудитор - губернский секретарь Ладкин К. П.
  • Полковой священник - отец Семен Вартминский.
  • Штаб-лекарь - Корнилович.

ХРОНИКА УЧАСТИЯ ЛИТОВСКОГО УЛАНСКОГО ПОЛКА В СРАЖЕНИЯХ И ДЕЛАХ 1812 г.

  • 28 июня (10 июля). Сражение при местечке Мир. Литовский уланский полк входил в отряд генерал-адъютанта И. Васильчикова, которым был усилен летучий казачий отряд атамана М. Платова. В этом сражении участвовали казаки, и лишь к концу дела была введена кавалерия Васильчикова, но Литовский уланский полк находился в резерве. В списках отличившихся в сражении 28 июня под Миром указан корнет Литовского уланского полка Волков.
  • 2 (14) июля. Сражение при местечке Романово. Летучий казачий отряд атамана Платова и отряд генерал-адъютанта Васильчикова. 2-я Западная армия отступала от Слуцка к Бобруйской крепости, и князь Багратион приказал Платову, наступая на неприятеля, удержать непременно местечко Романово до ночи З июля. В этом сражении вновь главным образом участвовали казаки. Литовский уланский полк прикрывал русские батареи.
  • 6 (18) июля. 2-я Западная армия Багратиона находилась в Бобруйске. В этот день Литовскому уланскому полку приказано было поступить под команду командующего 4-м кавалерийским корпусом генерал-майора графа К. Сиверса 1-го, который возглавлял арьергард 2-й Западной армии.
  • Июль. Литовский уланский полк находился в составе арьергарда 2-й Западной армии, которым командовал граф Сиверс.
  • 7 и 8 (19 и 20) июля. В сражениях между городом Могилёвом и деревней Дашково.
  • 4 (16) августа. Первый день сражения при г. Смоленске. Литовский уланский полк входил в отдельный отряд генерал-майора графа К. Сиверса. Литовский уланский полк, которым с конца июня командовал подполковник Новороссийского драгунского полка О. Штакельберг, был направлен на левый фланг русской позиции для наблюдения за неприятелем, где он и разместился по обе стороны от Московской дороги. Местность, на которой полк развернулся в боевом порядке, была очень неудобной для маневров кавалерии. Все поле было «изрыто, усеяно мелкими кустами и перерезано рытвинами так, что при каждом движении эскадронам пришлось бы перескакивать на каждом шагу или ров, или куст, или яму». Положение усугублялось еще тем, что пересеченность местности, а также необходимость закрывать достаточно широкий фронт семью эскадронами по обеим сторонам дороги не позволяли собрать весь полк вместе. Один эскадрон полка находился при графе Сиверсе на аванпостах.

В течение всего дня 4 августа Литовскому уланскому полку пришлось отражать неоднократные атаки французской кавалерии, которую поддерживала артиллерия. Первыми в бой вступили уланы, находившиеся справа от Московской дороги, новсе попытки неприятеля прорваться через их боевые линии закончились неудачей.

В это время слева от дороги действовал эскадрон, которым командовал ротмистр П. Подъямпольский. Для того чтобы завязать дело, он послал вперед фланкеров во главе с корнетом Цезарем Торнези 1-м (французский эмигрант на русской службе). Через час все вернулись, исключая Торнези, который был убит. «Когда Подъямпольский спросил фланкеров, как могли они допустить, чтоб из рубили их офицера, то они в оправдание свое сказали, что Торнези заскакал в толпу неприятелей и, не принимая предложений их сдаться, рубил и бранил их без пощады, и что они все вдруг кинулись на него; множество сабель засверкало над несчастным Торнези, и он упал к ногам своей лошади без жизни и образа».

Примерно в то же самое время на правом фланге литовцев при отражении очередной атаки неприятеля были смертельно ранен батальонный адъютант корнет Рейхмар и ранен поручик Ржонсницкий 2-й. Чины эскадрона ротмистра Подъямпольского внимательно следили за тем, как сражались их товарищи справа, и чуть было не пропустили фланговую атаку французской кавалерии, о которой их предупредил полковой священник отец Семен Вартминский. Подьямпольский тотчас же послал навстречу неприятелю полуэскадрон под командованием поручика Александрова (Н. Дуровой), но не успел тот еще сблизиться с французами, как последовала команда отиступить. «В одну секунду мой полуэекадрон повернулся назад и поскакал сломя голову на большую дорогу, - вспоминала Надежда Дурова, - без порядка скакал эскадрон густой толпою по кустам, буграм и рытвинам. Выбравшись на ровное место, мы отплатили неприятелю за свое беспорядочное бегство: повинуясь голосу офицеров, эскадрон в минуту пришел в порядок, построился - и грозною тучею понесся навстречу неприятелю. Земля застонала под копытами ретивых коней, ветер свистал в флюгера пик наших: неприятель не вынес этого вида и, желая уйти, был догнан, разбит, рассеян и прогнан несравненно с большим уроном, нежели был наш, когда мы приневолены были отступать во весь дух через бугры и рытвины”.

К вечеру канонада утихла, а на следующий день в 4 часа утра 4-й кавалерийский корпус, в который входил Литовский уланский полк, оставил свои позиции и отошел по Московской дороге, оставив арьергард у д. Шеин-Острог.

В рапорте генерал-лейтенанту Н. Раевскому граф Сиверс 1-й так писал о действиях своей кавалерии под Смоленском: «Полки Новороссийский драгунский и Литовский уланский отличным духом и храбрым действием удерживали чрез целые сутки все неприятельские покушения кавалерии в разных пунктах ворваться в форштадт, и оные полки подвержены были беспрерывной канонаде и стрельбе неприятельских фланкеров и тиральеров, отчего не пришли нимало в разстройку, невзирая на учиненный урон».

Среди особо отличившихся в этот день были подполковник Штакельберг и командующий 1-м эскадроном ротмистр князь Вяземский.

  • 15 (27) августа. Бой при селе Лужки. Литовский уланский полк в составе арьергарда генерал-майора графа К. Сиверса 1-го. Арьергард графа Сиверса прикрывал отступление 2-й Западной армии. Подробностей этого боя не сохранилось, известно лишь, что Литовского уланского полка ротмистр Подъямпольский, «будучи поставлен с эскадроном препятствовать неприятелю переправиться через р. Осьму вброд, упорно и мужественно удерживал оного, а когда неприятелю удалось переправить часть своей кавалерии, храбро на оную ударил и удержал свой пост». Бой при Лужках продолжался почти без перерыва с семи часов утра до восьми вечера, когда арьергард графа Сиверса отступил к селению Нивки и, оставив там казачий отряд генерал-майора Карпова 2-го, отошел для ночлега в селение Монино.
  • 19 (31) августа. Арьергард генерал-майора графа Сиверса 1-го. Граф Сиверс по приказанию князя П. Багратиона выслал из своего арьергарда Литовский уланский и два драгунских полка для поддержки центрального арьергарда генерал-лейтенанта П. Коновницына. 20 и 23 августа Литовский уланский полк состоял в центральном арьергарде Коновницына.
  • 21 августа (2 сентября). Арьергардный бой под г. Гжатская Пристань (Гжатском).
  • 23 августа (4 сентября). Сражение при Колоцком  монастыре и при отступлении от д. Твердинки к д. Гриднево.
  • 24 августа (5 сентября). Стычки по дороге от Колоцкого монастыря через д. Ельня в д. Шевардино. Произошло временное объединение сил арьергарда графа Сиверса 1-го и Центрального арьергарда Коновницына, вследствие чего Литовский уланский полк вновь поступил под начало графа Сиверса. Литовские уланы в составе «отряда левого фланга» отступали через село Ельня к д. Шевардино. Пройдя мимо Шевардинского редута, арьергард графа Сиверса 1-го был распределен по разным пунктам позиций 2-й Западной армии у села Бородина. Литовский уланский и Ахтырский гусарский полки проследовали в общий резерв армии за Семёновский овраг.
  • 26 августа (7 сентября). Сражение при с. Бородине. Литовский уланский полк в составе 4-го кавалерийского корпуса графа Сиверса 1-го. К утру 26 августа 4-й кавалерийский корпус был расположен за 7-м пехотным корпусом генерал-лейтенанта Н. Раевского, справа за деревней Семёновское.

Первые атаки неприятеля обрушились на Багратионовы флеши. Гренадеры графа Воронцова защищались упорно, но, несмотря на это, французской пехоте удалось ворваться в русские укрепления. Князь Багратион послал несколько батальонов 27-й пехотной дивизии, которые выбили французов из флешей, а Ахтырские гусары и Новороссийские драгуны, посланные генерал-майором графом Сиверсом 1-м для преследования, врубились в неприятельскую пехоту, затем опрокинули два полка легкой французской кавалерии и вернулись обратно за флеши. Так начали Бородинское сражение полки 4-го кавалерийского корпуса.

На протяжении всего утра, когда шли упорные бои за флеши, 4-й кавалерийский корпус графа Сиверса 1-го находился вблизи оных и неоднократно устремлялся на неприятеля; несколько раз ходили в атаку и литовские уланы.

После захвата двух передних флешей французы пытались обойти левый фланг русских позиций, но устроенная графом Сиверсом пятиорудийная батарея картечными выстрелами сумела остановить стремление неприятеля. Однако вскоре артиллеристы, расстреляв все боеприпасы, вынуждены были прекратить огонь. «Один ящик (с зарядами) усердием и расторопностью Литовского уланского полка полковым писарем, который при полку во всех действиях находился, весьма вовремя привезен был, когда неприятель сделал новое покушение на батарею». В течение дня эта батарея, находившаяся под прикрытием егерей князя Шаховского и Литовского уланского полка, отбивала атаки французской пехоты и кавалерии. «Когда неприятель в третий раз покусился атаковать батарею из 5 орудий под лесом находящуюся, - писал в своем рапорте граф Сиверс 1-й, - за неимением при орудиях зарядов нечем было неприятеля встретить, тогда приказал я сии 5 орудий свезти, что и учинено было под прикрытием атаки Литовского уланского полка, на неприятельскую пехотную колонну, но другая колонна, по опушке леса следующая, за лощиною принудила уланский полк к отступлению, который, пройдя кустарники, пристроился опять к батареям на левом фланге Кирасирской дивизии». На этом, в общем, закончилось участие литовских улан в Бородинском сражении.

  • 29 августа (10 сентября). Сражение при с. Крымское. 4-й кавалерийский корпус графа Сиверса 1-го вошел в арьергард генерала от инфантерии М. Милорадовича. Арьергард Милорадовича прикрывал отступление армий, сдерживая натиск авангарда Мюрата. Подробностей участия в сражении Литовского уланского полка не сохранилось, известно лишь, что особенно отличился эскадрон князя Вяземского.
  • 30 августа 11 сентября). Арьергардные дела между селами Крымское и Кубинское.
  • 31 августа (12 сентября). Стычки между селами Кубинское и Малые Вяземы.
  • 1, 2 и 4 (13‚ 14 и 16) сентября. Арьергардные стычки и перестрелки при отступлении через Москву
  • 11 (23) сентября. Стычка под селом Знаменским. Литовский уланский полк в отряде подполковника О. Штакельберга. Отряд подполковника Штакельберга‚ в который входили Литовский уланский и казачьи полки, был выделен Милорадовичем из арьергарда и направлен для «поиска неприятеля» на Тульскую дорогу 11 сентября. «Подполковник Штакельберг с отрядом своим, напав на неприятельский пикет у села Знаменского, многих из них поколол и взял в плен 11 человек...»
  • 17 (29) сентября. Стычка при д. Чириково.
  • 20 и 21 сентября (2 и 3 октября).  Бой под селом Вороновым.
  • 22 сентября (4 октября). На Тарутинском поле при деревне Черничине.
  • 6 (18) октября. Нападение на французский авангард под Тарутино и при преследовании до села Вороново.
  • 13 (25) октября. Сражение под г. Малоярославцем.
  • 22 октября (3 ноября). Сражение под г. Вязьмой и в преследовании до города Дорогобужа.
  • 26 октября (7 ноября). Сражение под г. Дорогобужем и в преследовании неприятеля до Соловьёва Перевоза. Литовский уланский полк в составе арьергарда (авангарда) Милорадовича.
  • 3-8 (15-20) ноября. Стычки и бои под г. Красным; несколько стычек под д. Микулино. Литовский уланский полк в составе отряда генерал-майора А. А. Юрковского. В эти дни особенно отличились подполковник Лопатин‚ ротмистр Подъямпольский, поручик Ржонсницкий и корнет Шидловский.

ЗАПАСНЫЕ ЭСКАДРОНЫ

Два запасных эскадрона Литовского уланского полка поступили в состав 2-го резервного корпуса генерал-лейтенанта Ф. Ф. Эртеля, который был расположен в Минской губернии в г. Мозыре и окрестностях. В августе-октябре 1812 года эскадроны несли аванпостную службу в районе Мозыря. В начале ноября части корпуса Эртеля присоединились к 3-й Западной армии адмирала П. Чичагова, и запасные эскадроны литовских улан приняли участие (с 6 ноября) в преследовании неприятеля до границ. Подробностей их участия в заключительном этапе кампании 1812 года не сохранилось. О потерях сведений нет.

РЕЗЕРВНЫЕ ЭСКАДРОНЫ

Мы уже упоминали, что армейские уланские полки (в том числе и Литовский) комплектовались в этот период путем, в основном, вербовки вольных людей и не брали рекрут, которые, как правило, являлись крепостными крестьянами. Но у этого правила были небольшие исключения. Александр I в1811 г. уже активно готовился к новой войне с Наполеоном, и для более активного пополнения рядового состава армейским уланским полкам было предписано посылать свои команды, состоявшие из офицеров и нижних чинов, в запасные рекрутские депо для обучения молодых солдат. Обучение длилось 8-9 месяцев, после чего из них к началу 1812 года должны были формироваться резервные эскадроны, назначенные для составления резервных дивизий и корпусов. При этом каждая команда, посланная из уланских полков, формировала по два эскадрона, которые получали названия 11-го и 12-го резервных эскадронов того полка, откуда были посланы обучающие (например, 11-й и 12-й эскадроны Литовского уланского полка и проч). При этом часть новообученных рекрутов попадали и в основные эскадроны полка. Таким образом к концу 1812 года сложилась любопытная ситуация, когда уланские полки, продолжавшие комплектоваться согласно штата из вольных людей, имели в своих рядах и некоторое количество рекрут (т. е. бывших крепостных крестьян).

Формирование резервных эскадронов Литовского уланского полка происходило в Новгород-Северском рекрутском депо, куда 10 января 1812 года от полка были откомандированы штабс-ротмистры А. Степанов и И. Тутолмин, корнеты П. Бураго 2-й и К. Фишбах с командой нижних чинов. Формирование 11-го и 12-го резервных эскадронов полка шло, по-видимому, удачно, и на 10 июня 1812 года они уже значились состоящими в Новгород-Северской бригаде 1-й дивизии 2-го резервного корпуса генерал-лейтенанта Эртеля. В начале сентября штабс-ротмистр Степанов привел в полк 86 рекрут-рядовых из 12-го резервного эскадрона, которые и были распределены по действующим эскадронам. В конце октября 11-й и 12-й резервные эскадроны Литовского уланского полка были переведены из Новгород-Северского в Муром, где и вошли в состав кавалерийских резервов, формируемых генералом Кологривовым.

ОФИЦЕРЫ ПОЛКА, ПОЛУЧИВШИЕ НАГРАДЫ В ТЕЧЕНИЕ КАМПАНИИ 1812 г.

  • Подполковник Лопатин - Св. Владимира 4-й ст. с бантом (за 22 августа).
  • Подполковник Отто Оттович Штакельберг – Св. Анны 2-й ст. (за Бородино)
  • Полковник барон Фёдор Максимович Штакельберг – Св. Анны 2-й ст. (за 24 и 26 августа при Бородино).
  • Майор Эдвард Антонович Бистром – золотую саблю «За храбрость» (за 24 и 26 августа при Бородино).
  • Ротмистр Подъяпольский - Св. Владимира 4-й ст. С бантом (за Бородино), золотую саблю с надписью «За храбрость» (за дело под Красным).
  • Ротмистр Залога - Св. Владимира 4-й ст. с бантом (за 1812 год).
  • Ротмистр Кандауров 2-й - Св. Владимира 4-й ст. с бантом (за Бородино).
  • Штабс-ротмистр Криницкий - Св. Владимира 4-й ст. с бантом (за Бородино), золотую саблю с надписью «За храбрость» (за арьергардный бой 22 сентября).
  • Штабс-ротмистр Бернацкий 2-й - Св. Владимира 4 ст. с бантом (за Бородино).
  • Штабс-ротмистр Шварц - Св. Владимира 4-й ст. с бантом (за Бородино), Св. Анны 2 ст. (за Малоярославец).
  • Поручик Либерт (Ламберт) - Св. Анны 3-й ст. (за Бородино).
  • Корнет Грузинцов - золотую саблю с надписью «За храбрость» (за 22 августа и за Бородино).
  • Корнет Лясотович - Св. Анны 3 ст. (за Бородино).
  • Корнет Шидловский - Св. Анны 3 ст. (за Бородино).

ОФИЦЕРЫ ПОЛКА, УБИТЫЕ И ПРОПАВШИЕ БЕЗ ВЕСТИ

  • Ротмистр Слепушкин - умер от раны, полученной 23 августа у д. Гриднево.
  • Майор Эдуард фон Бистром - убит при Тарутино.
  • Корнет Торнези 1-й - убит 4 августа под Смоленском.
  • Поручик Кандауров 3-й - умер от раны.
  • Корнет О. Андржейкович 2-й - пропал без вести 4 августа под Смоленском.
  • Корнет Венцковский - пропал без вести 4 августа под Смоленском.
  • Корнет А. Калинский - пропал без вести 4 августа под Смоленском.

ОФИЦЕРЫ ПОЛКА, РАНЕННЫЕ В 1812 г.

  • 4 августа. Смоленск: ротмистр П. Подъямпольскйй, поручик Ржонсницкий 2-й (контужен ружейной пулей в левое плечо), корнет Рейхмар (впоследствии от раны скончался).
  • 23 августа. Гриднево: поручики Лукинский и Смольянинов (впоследствии от ран скончались).
  • 24 августа. Шевардино: поручик А. Александров (Н. Дурова - контужена ядром в ногу).
  • 26 августа. Бородино: ротмистр Ф. Залога (ранен ружейной пулей), штабс-ротмистр И. Бернацкий 2-й (получил семь ран от ружейных пуль), поручик Ржонсницкий 2-й (контужен ядром в ногу), корнеты К. Либерт (ранен ружейной пулей в левую ногу), Г. Назимов 2-й (ранен ружейной пулей), В. Степанов 3-й (ранен ружейной пулей в бок).
  • 17 сентября. Чириково: подполковник О.О. Штакельберг (ранен в ногу), корнет И. Грузинцов (контужен в левое плечо пулей).
  • 22 октября. Вязьма: корнет И. Грузинцов (ранен в левую ногу пулей и в правый висок контужен).
  • 26 октября. Соловьёва Переправа: подполковник О. О. Штакельберг (ранен в правое плечо).

1813  - 1906 гг.

Умелые, храбрые и эффективные действия уланских армейских полков (не в последнюю очередь Литовского) в кампании 1812 года подтолкнули военное ведомство пойти на увеличение количества улан в Российской армии: 27 декабря 1812 года семь армейских драгунских полков приказано было обратить в уланские, и состоять они должны были, как и пять «старых» армейских уланских  полков, из шести действующих эскадронов и одного запасного.

Литовский уланский полк переформирован был в 6 действующих эскадронов и 1 запасной 3 января 1813 года; литовцы продолжили в этом году участие в войне c Наполеоном на территории Германии и затем были назначены в состав резервной армии.

В 1817 г. Литовский уланский полк расквартирован в г. Боровичи.

С этого же года стал числиться во 2-ой Уланской дивизии, а с 18 сентября 1818 г.  вся 2-я Уланская дивизия стала называться Литовской Уланской дивизии.

При начале польского восстания 1831 года полк находился в составе Литовского корпуса барона Розена. Уже в январе полк перешел границу Царства Польского в составе действующей армии графа Дибича.

5 февраля участвовал в бою у Добре, 13-го – в сражении при Грохове против войск Хлопицкого, 19 марта – в сражении при Дембе-Виелке против армии Скржинецкого, 25-26 августа – при штурме Воли и Варшавы. 

Также в связи с польскими событиями в апреле 1831 г. Литовская Уланская дивизия была переименована в 6-ю Уланскую дивизию.

21 марта 1833 года при общем реформировании российской кавалерии полк вошел в состав 3-й Легкой кавалерийской дивизии и получил № 5. После присоединения 3-го дивизиона упраздненного Северского конно-егерского полка полк был приведен в состав 8 действующих и 1 резервного эскадрона. 9-й резервный эскадрон был сформирован из пешего резерва Ольвиопольского  гусарского полка. Установлена рыжая масть лошадей. Интересно, что с присоединением чинов Северского полка литовцы получили и старшинство этого полка от 1668 г. - правда, действовало это старшинство только до 1884 г. Также при вышеописанной реформе шефом Литовского уланского полка был назначен герцог Нассауский Вильгельм, и чуть позже, в сентябре 1833 года полку было присвоено название Уланского Его Светлости герцога Нассауского полка.

Герцог Нассуский шефстовал полком шесть дет – и 23 августа 1839 года по случаю смерти шефа полку было возвращено традиционное название – Литовский уланский полк. Но уже через три дня, 26 августа был назначен новый шеф, эрцгерцог австрийский Альберт - и полк, соответственно, переименовали в “Уланский Его Императорского Высочества эрцгерцога австрийского Альберта полк”.
Продолжались в этот период и бесконечные эксперименты с резервными эскадронами. В марте1835 г. был упразднен 9-й резервный эскадрон, а взамен к полку приписан, как резервный, бывший 7-й эскадрон Стародубовского Кирасирского полка. В декабре 1841 г. резервный эскадрон был упразднен вообще.  Впрочем, в январе 1842 г. “повелено иметь для полка в запасных войсках из безсрочноотпускных нижних чинов два эскадрона: резервный и запасный

В 1849 году литовцы приняли участие в усмирении венгерского мятежа и, состоя в отряде генерала Засса, находились в двухдневном бою у Вайцена и в сражении при Дебречине. Полк также отличился в разведке в долине р.Арвы, в бою у д.Хараст и при взятии крепости Арада. За доблестные действия при Вайцене полку были пожалованы 25 декабря 1849 года 19 серебряных труб с надписями: "За усмирение Венгрии в 1849 году".

При начале Восточной войны 1853-56 гг. литовцы перешли Прут и были двинуты в Молдавию. 5 марта 1854 года полк прибыл в Браилов и, переправившись 11 марта через Дунай, участвовал с 7 мая по 4 июля в осаде Силистрии. В следующем году полк был назначен на усиление войск в Крыму и вошел в состав отряда, сосредоточенного у Евпатории.

26 июня 1856 года полку было повелено иметь 6 действующих и 2 резервных эскадрона, а 18 сентября этого же года полк был приведен в состав 4 действующих и 2 резервных эскадронов.

19 марта 1857 года к названию полка опять присоединяется название "Литовский" и в последующие годы он именуется “Литовский Уланский Его Императорского Высочества Эрц-Герцога Австрийского Альберта полк”. Интересный и несколько необычный факт: с 17 августа по 13 ноября 1861 г. у полка существовал т.н. “2-й шеф” – генерал-от-кавалерии барон Оффенберг.

В 1863 году литовцы приняли участие в усмирении польского мятежа на Волыни и находились в стычках и мелких делах с повстанцами. В этом же году 6-й эскадрон был упразднен, а 5-й выделен в состав 3-ей резервной кавалерийской бригады. В марте 1864 года к названию полка был присоединен номер «5»; с 1865 г. полк расквартирован в г. Влоцлавск (Варшавский ВО). В июле 1875 года 5-й резервный эскадрон был переименован в запасной.

18 августа 1882 года, в результате предпринятой Александром III модернизации и общего переформирования кавалерии, (когда все армейские кавалерийские полки были приведены к единому штатному расписанию и превращены в драгунские) полк был переименован в драгунский и получил №14, с полным наименованием “14-й драгунский Литовский Его Имп. Выс. Эрц-Герцога Австрийского Альберта”. 15 августа 1883 года запасной эскадрон был преобразован в кадр 5-го кавалерийского запаса, и полк был приведен в состав 6 эскадронов.



15 февраля 1895 года по случаю смерти шефа – эрц-герцога Альберта - полк был наименован “14-м Драгунским Литовским полком”. Последующие семь лет полк обходился без шефа королевских кровей, пока 2 июля 1902 года шефом не был назначен итальянский король Виктор-Эммануил III. Соответственно, новым полным официальным названием полка стало “14-й Драгунский Литовский Его Величества Короля Виктора-Эммануила III полк”.

29 марта 1903 года в честь 100-летнего юбилея полка ему был пожалован новый штандарт образца 1900 года, с образом Спаса Нерукотворного, с надписью "1803-1903" и Александровской юбилейной лентой.

1907-1921 гг.

6 декабря 1907 года при восстановлении гусарских и уланских полков полк был назван уланским с переменою номера на "5"; таким образом, полк приобрел название, сохранявшееся до самого конца – “5-й Уланский Литовский Его Величества Короля Виктора Эммануила III полк”.

14 января 1910 г. утверждается полковой знак. 
Интересно отметить, что на знаке, помимо вензелей Александра I, Виктора-Эммануила III и Николая II, помещены следующие даты (сверху вниз):

  • 1668 – год образования Демьяном Многогрешным первого на территории Московского государства легкоконного полка из вольных людей “Литовского списка”;
  • 1803 – год исчисления официального старшинства полка;
  • 1903 – год столетнего юбилея официального старшинства полка;
  • 18 27/1 07 – вот эта, самая нижняя дата представляет из себя загадку. В 1807 году полк получил наименование “Уланского” – но это произошло в ноябре, а на знаке стоит 27 января! Будем надеяться, что совместными усилиями нам удастся найти объяснение.

В декабре 1910 г. 5-я кавалерийская дивизия, в состав которой входит Литовский уланский полк, переведена в состав XVI-го армейского корпуса. Полк расквартирован в г. Симбирск (Казанский ВО).

 ВЕЛИКАЯ ВОЙНА:

  • с 29.07.1914 г. - в составе 2-й армии (Северо-Западный фронт).
  • 11.08.1914 г. - 5-я Кавалерийская дивизия направлена в распоряжение Главнокомандующего армиями фронта. 

  • С 03.09.1914 г. - дивизия в Конном корпусе Новикова, 9-я армия (Юго-Западный фронт).
  • С 23.09.1914 г. - в составе корпуса в Варшавском отряде при 2-й армии. (Северо-Западный фронт).

  • На 08.10.1914 г. - во 2-й армии (Северо-Западный фронт).
  • На 23.10.1914 г. - в 1-й армии (Северо-Западный фронт).
  • С 24.05.1915 г. - 5-я Кавалерийская дивизия в составе новой 5-й армии (Северо-Западный фронт).
  • 11.08.1915 г. - при разделении Северо-Западного фронта 5-я армия вошла в состав Северного фронта.
  • На 22.12.1916 г. - 5-я Кавалерийская дивизия при 5-й армии (Северный фронт).
  • 04.04.1917 г. - Приказано Юбилейный штандарт полка с вензелем отрекшегося императора доставить в Петроград для выполнения работ по снятию вензеля.
  • 13.06.1917 г. – полк перешёл в резерв главнокомандующего армиями Северного фронта. 5-й уланский Литовский полк в составе 5-ой Кавалерийской дивизии участвовал в Рижской операции 19-24 августа - последней операции Великой войны на русском фронте.
  • 12.03.1918 г. – полк сдал оружие Череповецкому Исполнительному комитету крестьянских, рабочих и солдатских депутатов.  
  • 14.04.1918 г. – в связи с постановлением полкового комитета избрана Ликвидационная комиссия.

Во время Великой войны пяти Литовским уланам довелось повоевать в авиации:

  • Штабс-ротмистр Корженко Василий Михайлович;
  • Штабс-ротмистр Сукачёв Лев Павлович;
  • Поручик князь Вяземский Марцелиан Николаевич;
  • Поручик Шаповалов Александр Алексеевич;
  • Улан Ладзин Иван.

ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА:

Во время Гражданской войны в боевой обстановке летом 1918 года Литовский уланский полк был возрождён на восточном фронте под названием "Симбирский уланский полк".

25 апреля 1919 года перед отправкой на фронт полк был представлен на смотр адмиралу Колчаку. Состав полка был в 4 эскадрона, в 362 сабли при 8 пулемётах. Адмирал вынес благодарность за отличное состояние полка.

C начала 1919 года входил в состав 1-й Кавалерийской дивизии.

С марта 1920 года составлял отдельный дивизион в 1-й Маньчжурской конной дивизии, а с начала 1921 года – эскадрон в Сводно-кавалерийском полку.

С весны 1921 года в составе 1-го Кавалерийского полка.

Шефы, командиры и Георгиевские кавалеры полка

Шефы полка

– Генерал-майор Гловенский Касьян Осипович 8/4/1803–7/5/1803
– Генерал-майор князь Голицын Пётр Александрович 7/05/1803–26/7/1809
– Полковник Тутолмин Дмитрий Фёдорович 26/7/1809–14/4/1813
– Герцог Нассауский Вильгельм 11/9/1833–23/8/1839
– Эрцгерцог Австрийский Альберт 26/8/1839–15.02.1895
– Генерал-от-кавалерии барон Оффенберг состоял 2-м шефом 17/8/1861–13/11/1861
– Его Величество Король Итальянский Виктор-Эммануил III 2/7/1902- ...

Командиры полка

С 1803 года по март 1808 года обязанности командира полка исполняли Шефы полка:

Подполковник Небольсин Кирилл Андреевич – 6/3/1808 – 20/12/1808
Полковник князь Вадбольский Иван Михайлович – 20/12/1808-20/1/1812
Подполковник Лопатин Григорий Михайлович – 5/5/1812–1/6/1815
Подполковник Штакельберг Отто Оттович – 1/6/1815–1/1/1816
Генерал-маиор Чеченский Александр Николаевич – 1/1/1816-примерно 1823
Полковник Пенхержевский – с не позднее 15/8/1823
Полковник Новицкий Николай Дементьевич 07/04/1871-01/03/1877
Полковник Агаси Бек Авшаров Александр Александрович – 17/3/1877–14/6/1883
Полковник барон фон Криденер Федор Николаевич – 14/07/1883-после 01/05/1889
Полковник Эйхгольц – с 1/6/1903
Полковник Рыжов Пётр Николаевич – 18/6/1904-9/7/1908
Полковник князь Туманов Константин Александрович – 16/9/1908-5/12/1912
Генерал-маиор Федотов Александр Ипполитович – 13/12/1912-14/5/1915
Полковник Сычёв Константин Иванович – 15/5/1915-16/1/1916
Полковник Конради Виктор(?) Викторович – 8/3/1917- ...

Георгиевские кавалеры

Кавалеры ордена святого Георгия 4-го класса:

Генерал-маиор князь Голицын Пётр Александрович - награждён 8 апреля 1807 года за командование кавалерийской бригадой в сражении при Прейсиш-Эйлау.
Полковник барон Штакельберг Фёдор Максимович
– награждён 17 августа 1813 года «за отличие в сражении при Левенберге».
Шеф полка Эрцгерцог Альбрехт
– награждён в 1849 году за Венгерскую кампанию 1848 года.
Штабс-ротмистр Давыдов Дионисий Михайлович

– награждён 27 ноября 1917 года посмертно. «21 августа 1917 года в бою у дв. Бунце, когда противник силою около 2-х рот пехоты с пулемётом обошёл фланг гусарского дивизиона и обстреливал бивак уланского дивизиона, по собственному почину, во главе своего эскадрона под ружейным и пулемётным огнём, самоотверженно пошёл в наступление и сбил противника с двух опорных пунктов, захватил два пулемёта и смертью запечатлел содеянный подвиг».

Кавалеры Георгиевского оружия:

Поручик Бек-Боров Султан Заурбекович – награждён 11 марта 1915 года.
Ротмистр Миткевич-Волчасский Виктор Владимирович – награждён 25 мая 1915 года.
Штабс-ротмистр Коишевский Спиридон Николаевич – награждён 21 июля 1915 года.
Ротмистр Захариевич Сергей Васильевич – награждён 21 августа 1915 года.

Использованные источники:

При подготовке обзора использовались материалы членов клуба “Литовский уланский полк”, а также следующих изданий:

  1. Антология форменной одежды частей Российской Императорской армии -http://www.antologifo.narod.ru.
  2. Военная энциклопедия, том ХV - Спб.: Т-во И.Д.Сытина, 1914.
  3. Кавалерия (кроме гвардейских и казачьих частей). Под ред. В.К.Шенка. Изд. 3-е – Спб.: Тип. В.Д.Смирнова, 1914.
  4. Львов С.В. Уланские полки русской армии в 1812 г. – М.: Кучково поле, 2010.
  5. РГВИА, фонд 103, опись 1/208а, дело №106.
  6. РГВИА. фонд 3578, опись 1, (автор Канцурова Т.Ю.).

Дополнительная информация